Космос нараспашку

Глава 4. Туманный Петербург


Влад вздрогнул и проснулся. Пару секунд хлопал ресницами на белую стену перед носом, вспоминая где находится. Вокруг тишина, но парень чувствовал, что в комнате явно не один. Медленно повернулся на другой бок и оглядел помещение.

На соседней кровати прямо в одежде валялся Илька. Парнишка стучал пальцами по экрану большого планшета и что-то азартно пришёптывал в такт едва слышным взрывам. Но как только засёк шевеление со стороны Влада, сразу отложил игрушку и скривил мордаху:

— Ну наконец-то! Я уже хотел уходить, думал, ты ваще-ваще сегодня не проснёшься! Завтракать пойдём? А то у меня в животе пусто и одиноко!

Утро началось привычно — с вечно голодного «хвостика», как прозвали Ильюху новые приятели Владислава. «Я — растущий организм!» — гордо заявляла наглая мелочь, заглатывая добавку, что ему всегда подкладывали заботливые поварихи.

Владик, не слушая ворчания подростка, поднялся и потопал в душ.

Уже заканчивался второй месяц, как Стечко поселился в подземном Центре псиоников. Точнее, работал по контракту. Но о первой неделе вспоминал с содроганием.

*  *  *

Те дни бесили бесконечной вереницей врачей, напоминая Владу медкомиссию в военкомате. Разве что не было с ним толпы похохатывающих от стеснения одноклассников. Стечко просвечивали, простукивали, брали миллионы анализов. Обвешивали проводами с присосками и какими-то датчиками, загоняли на беговую дорожку. Запускали в кровь наноботов-диагностов, раз за разом заставляя вызывать штормовой ветер или выходить в астрал. О той куче ерунды, что парень призвал в процессе тестов даже говорить смешно.

Чаще Владик торчал в огромной светлой комнате, заваленной электронно-механической мелочью — крутящейся, свистящей и жужжащей, совершенно одурев от воя крыльчатых анемометров, как их обозвала Рената — заведующая всем этим хозяйством. Или это напорные трубки? А что тогда здесь трубки Пито?.. Да провались они…

— Так, эту серию завершили, — пометила у себя в планшете крепкая девица-завлаб.

Реально мощная девушка, на голову выше Влада. Хотя возрастом не сильно старше. Одета классически для учёного — белый халат, простые туфли на сильных ногах. Но вот чёрная тату, бегущая из выреза на груди и ускользающая за правое ухо, прямо в ярко-красные кудри, завораживала. Парень первое время не столько тесты проходил, сколько боролся с собой, чтобы не пялиться на неё.

Можно предположить, что биография у Ренаты не самая простая, но лезть с расспросами к даме с такими бицепсами как-то не очень.

После выматывающего обследования завлаб отдала Кириллу Ивановичу флешку с результатами и, отключая аппаратуру, добавила:

— Боюсь, нестабильная семёрка. Рост ещё продолжается и здесь, безусловно, ускорится. О возможных осложнениях — в резюмирующем инфопакете.

Майор растерянно глянул на Стечко. Взгляд этот парню совсем не понравился. Что такое «семёрка»? Хотел уже прямо спросить, но Край задумчиво потопал из комнаты. Владислав, вопросительно изогнув бровь, повернулся к Ренате. Та молча кинула ему информационный пакет с заголовком «Ранги псиоников. Шкала Талой». Влад с интересом открыл файл.

«Нулевой ранг. Полное отсутствие способностей. Не активны.

Первый ранг — слабые способности, трудноуловимые, бытовые. Лёгкая интуиция, эмпатия, физическое усиление в стрессе, гипноз (после обучения), харизма, энерговампиризм.

Второй ранг…»

Но дочитать не успел — из коридора окликнул майор. Пришлось догонять. И как он с его габаритами умудряется так носиться?

А вечером того же дня, уже в комнате Влада, Кирилл Иванович выложил на стол перед вымотанным подростком стопку листов.

— Служба по контракту. На год пока. Прочти всё внимательно, особенно обрати внимание на раздел о гостайне. А завтра с утра обсудим каждый пункт. Это то, что мы можем тебе предложить, парень. Бонусами — твоё развитие и обучение как псионика. Здесь будешь на полном обеспечении. Гарантируем нескучную жизнь. И безопасность твоих близких.

Насколько Кирилл Иванович знал, беспокоиться Владиславу не о чем — ни ломать новобранца, ни, прости господи, программировать Контора не собиралась. Раньше, с предыдущими псиониками, пыталась, но оказалось, что это тупиковая дорожка. Получали на выходе или овощ, или врага, который исподтишка вредил. Решили использовать уговоры и «пряники», надеясь, что до «кнута» дело не дойдёт. Хотя в России и «пряники» те ещё.

— Какие есть альтернативы? — хрипло спросил Влад, царапая ногтем столешницу.

— Если ты решительно настроен отказаться от контракта, то мы будем вынуждены блокировать твои способности, — поскучневшим голосом пояснил майор. — Для этого будут размещены несколько имплантатов по всей длине позвоночника. Учитывая твой высокий уровень энергетики, придётся раз в полгода проходить курс подавляющих инъекций, что, вероятнее всего, отрубит тебе опорно-двигательный аппарат. Мы ещё не сталкивались с таким уровнем, потому это будет эксперимент. Ну, инвалидное кресло — небольшая цена за свободу, так? Ещё есть вариант…

— Вы издеваетесь? — перебил побледневший Влад.

— Да с чего бы? — деланно удивился Край. — Просто о вариантах рассказываю. Ещё мы можем тебя усыпить, погрузить в некий анабиоз…

— Знаете, Кирилл Иваныч, — занервничал Владик, — а вот на Западе, думаю, намного человечнее относятся к людям. Они знают о таких вещах, как гражданские свободы и права.

Майор горько усмехнулся:

— Ну так проверь их свободы и права, не вопрос. Мы тебя не удержим, сам понимаешь. И боюсь, Владислав, ты серьёзно удивишься… Единственное, хочу спросить — а почему такая ненависть к собственному государству? Я понимаю, если бы ты с пяти лет бомжевал, был сиротой, в общем, стальные игрушки, прибитые к полу… — Майор поморщился, потирая переносицу. — Но ведь образование тебе дали, медицина тоже бесплатная. Помолчи, дай договорить. Квартиру имеешь, её твой дед получил безвозмездно. Так почему ж послужить своей стране позорно, а?

Владик уже набрал воздуха в грудь, чтобы высказать всё, что думает о том, кому реально придётся служить, кому вынужден будет помогать набивать карманы… Но вдруг выдохнул. С кем он спорит? С военным дуболомом? Глупость какая. Не держат они его, ах-ха…

Майор с интересом наблюдал за быстрой сменой мимики Стечко. Надо же, удержался от крика. Потух, закрылся.

С каждым днём, проведённым в Центре, невнятный, прогорклый страх за себя и своих близких отпускал, отходил на второй план, проблемы понемногу отступали в сторону. Владик, будучи человеком довольно добродушным и улыбчивым, долго хандрить не мог.

Тем более что всё вокруг было безумно интересным — и сам Центр, эдакое огромное поселение под землёй, и занятия по развитию дара — всяческие психотренинги по концентрации.

Стечко исследовал границы своих возможностей. Пробовал силы в мерцающей телепортации — микропрыжки такие. Выяснилось, что есть целая техника рукопашного боя с помощью мерцания.

Интересного оказалась масса, и во всё это Стечко влез с головой, получая огромное удовольствие.

В один из осенних дней ему разрешили пообщаться с близкими. Сразу набрал Алинку.

— Баламоша! Владька! — завопила подруга как ненормальная, когда он постучался в Скай. — Ты где? Ты живой? Ты как?! Боже! Ну не молчи!

Девушка приникла к экрану, вглядываясь в лицо друга, и безостановочно тараторила:

— Со мной же тогда мужик из ФСБ на работе беседовал, всё про тебя выспрашивал! Ты хорошо спрятался? Тебя ищут! Я ни черта не сказала! Пусть хоть пытают! Уехал и уехал, да? Ты, вообще, где?

— Подож-жди, Линка, — взмолился парень, пытаясь унять подругу. — Всё хорошо! У меня всё более-менее нормально. Я уже не прячусь…

— А если найдут? — перепуганно воскликнула Линка.

— Уже нашли, — отозвался Влад и грустно-грустно улыбнулся.

Девушка зажала рот ладошками, с ужасом глядя на друга.

— Сейчас я в небольшом научном городке, где меня…

— Пытают? Опыты ставят? Я в Гаагский трибунал напишу!

Влад аж подавился:

— Эм… не выдумывай. Просто исследуют мои возможности. Я тут работаю по контракту. На ближайший год…

Парень пытался сохранить патетический тон одинокого узника, но не получилось. Он рассмеялся, глядя на ошалевшую подругу:

— Алинка, всё хорошо, правда! Моим ничего не сообщай — я потом сам свяжусь.

Подробностей рассказывать близким не разрешили. Подруга так до конца и не поверила, что всё в порядке. Но с каждым разом, как созванивались, она становилась спокойнее.

У Влада появились и прямые обязанности — его тут же приписали к группе телепортеров Центра. Такие способности встречаются редко, потому рук на все задачи не хватало. После небольшого тренинга задания посыпались одно за другим.

Центр не имел иного сообщения с поверхностью, кроме как через телепорты. Грузовые прыжки шли круглосуточно. Владику чаще доставались вечерние смены — днём он учился и тренировался.

Но могли сорвать и с занятий, если случалось что-то срочное. Однажды сдохла целая секция освещения над лесом. Переполох вышел знатный.

Подземный лес небольшой, скорее эдакий ботанический сад. Там быстро сымитировали пасмурную погоду, заморосил дождь. А телепортеры в это время переправляли со складов страны закупленные горы коробок и ящиков. Больше всего доставалось Владу — он оказался самым грузоподъёмным и выносливым. Утаскивал за собой до нескольких тонн груза. Мог бы гордиться, но сил на эмоции уже не оставалось.

Население Центра около двухсот человек. Отношения царили почти семейные. Со многими Влад уже приятельствовал. Рядом чаще оказывались длинный Стасик-гот и красноволосая Рената. Она старалась при любой возможности наблюдать за новым псиоником-«семёркой», периодически таскала его на всякие тесты и исследования.

Как-то само собой получилось, что эта компания — Влад, Стас и Рената — свободное время стала проводить вместе.

Страницы: 1 2 3 4 5

Писатель-фантаст, дизайнер, каллиграф. 50 лет, Москва

Яндекс.Метрика